Меню

Рэй брэдбери с котом

Рэй брэдбери с котом

Кошкина пижама (сборник)

Посвящается Мэгги Пижама для кошки, навсегда.

Памяти Скипа – нежного брата, доброго друга, который разделил со мной те прекрасные юные годы в Гринтауне, штат Иллинойс.

Выражаю благодарность Донну Олбрайту за то, что перерыл мои подвалы и нашел рассказы, о которых я давным-давно позабыл. Ты по-прежнему мой «золотистый ретривер».

Жив, здоров, пишу

Что можно сказать о моем сокровенном «я», о моем подсознании, о моем творческом демоне, который пишет за меня все эти рассказы?

Постараюсь найти какой-нибудь свежий способ, чтобы проникнуть в этот процесс, который вот уже семьдесят лет заставляет меня жить, двигаться и писать.

Двумя наглядными примерами того, как я работал начиная с сороковых годов и до сегодняшнего времени, являются мои рассказы «Куколка» и «Собиратель». (Прим.: «Куколка»[1] в этом сборнике отличается от одноименного рассказа, опубликованного в 1946 году в журнале «Эмейзинг сториз» и позднее включенного в сборник «“К” значит космос» («S is for Space»). Просто мне так понравилось это название, что я использовал его дважды.)

Когда-то, в сороковые, мы с братом долгими летними днями проводили все свое свободное время на пляже. Он был настоящим серфингистом, а я плавал без доски и время от времени слонялся у причала Санта-Моники и перезнакомился со всеми волейбольными игроками и силачами, поднимавшими тяжести. Среди приобретенных друзей было и несколько цветных (в те времена все говорили «цветной»; термины «черный» и «афроамериканец» появились многими годами позже).

Меня заинтересовала идея о том, что цветные в самом деле способны сгореть на солнце; раньше такая мысль никогда не приходила мне в голову. Метафора налицо, я написал рассказ «Куколка», и вот теперь он впервые увидел свет. Я написал этот рассказ и отложил в стол задолго до начала движения за права человека; это продукт своей эпохи, и я надеюсь, он выдержит проверку временем.

«Будем самими собой» – это результат того, что я вырос в доме своей бабушки и отчасти был воспитан чернокожей няней по имени Сьюзен. Это была удивительная женщина, и все свое детство один раз в неделю я с нетерпением ждал ее прихода.

Когда в 1934 году моя семья переехала на запад, я потерял связь с большинством своих друзей в Уокегане, включая и Сьюзен. Она написала мне вдогонку, спрашивая, не может ли она поехать с нами и быть служанкой в нашей семье. Увы, это был разгар Великой депрессии, мой отец потерял работу, а брат поступил в Гражданский корпус охраны природных ресурсов, чтобы не быть обузой для нашей семьи. Мы были бедны, как церковные мыши, и сами едва держались на плаву. Мне пришлось написать Сьюзен, поблагодарить ее за доброту и пожелать ей счастья в будущем. Это навело меня на мысль когда-нибудь приехать в Уокеган, навестить друзей и повидаться со Сьюзен. Этого так и не произошло, но рассказ стал следствием того, как я воображал себе будущее, и того, что я оказался совсем не таким человеком, каким мне хотелось быть. Я получил известия о Сьюзен много лет спустя: она благополучно пережила весь оставшийся период Великой депрессии.

«Собиратель» – это уже совсем другой рассказ. Много лет назад, во время путешествия через Атлантику, мы с моей женой Мэгги встретили одного удивительного собирателя книг и основателя библиотек. Мы провели несколько часов в его обществе, и нас страшно заинтересовали невероятные истории, которые он рассказывал о своей жизни.

В конце нашей встречи мы оба, я и моя жена, были поражены одним неожиданным поворотом, о котором вы прочтете в рассказе.

Двадцать лет я хранил память об этом путешествии и о том джентльмене, но так и не использовал подаренную им метафору.

Но за прошедшие шесть недель со мной произошло нечто странное и удивительное. В начале ноября моя жена заболела, ее увезли в больницу, и она умерла как раз накануне дня Благодарения. Во время ее болезни и после, впервые за семьдесят лет, мой демон смирно сидел внутри меня. Не стало моей музы, моей Мэгги, и демон не знал, что ему делать.

Прошли дни, потом недели, и я начал уже спрашивать себя, буду ли я когда-нибудь снова писать; мне было непривычно просыпаться утром и не слышать пьесы, которую мои мысли разыгрывали в моей голове на подмостках моего собственного театра.

Но в одно прекрасное утро, несколько дней назад, я проснулся и увидел того джентльмена, «собирателя», который в ожидании сидел на краешке моей постели и который сказал: «В конце-то концов, напиши мою историю».

Обрадованный, впервые за полтора месяца я позвал свою дочь Александру и надиктовал ей этот рассказ.

Надеюсь, что, сравнив рассказы «Куколка» и «Собиратель», вы поймете: несмотря на разделяющее их время, моя способность распознать метафору не изменилась.

Разумеется, мои писательские способности, когда я писал «Куколку», были гораздо примитивнее, однако сама идея была сильная и достойная внимания.

Рассказ «Дело вкуса» стал следствием того, что в течение долгого времени в моей жизни мне приходилось сталкиваться с пауками: то в поленнице, когда я жил в Тусоне, или по дороге в Мехико, когда мы увидели такого огромного паука, что даже вышли из машины, чтобы рассмотреть его поближе. Он был крупнее моей ладони, ужасно красивый и мохнатый. Вернувшись в Калифорнию, я перво-наперво столкнулся с тем, что в каждом гараже в Лос-Анджелесе прячутся несколько дюжин пауков «черная вдова», так что надо быть осторожным, чтобы тебя не укусили эти ядовитые создания. А потом ты начинаешь думать: интересно, каково это, когда у тебя скелет снаружи, а не внутри, – так что я развернул эту идею в рассказе «Дело вкуса», где нарисовал мир живущих на далекой планете пауков, которые гораздо умнее, чем прилетевшие к ним инопланетные астронавты. Этот рассказ стал началом замысла киносценария, озаглавленного «Пришелец из космоса» («It Came from Outer Space»), который я написал для студии «Юниверсал» несколько месяцев спустя. Так благодаря истории, захватившей мое воображение, я стал работать на студии и сделал неплохой фильм.

Что касается других рассказов этого сборника, большинство из них родились в моей голове практически мгновенно, и я едва успевал их записывать.

Однажды, полгода назад, я подписывал книги вместе с одним из своих молодых друзей, и мы стали с ним болтать об индейских казино, разбросанных по всем Соединенным Штатам. Неожиданно я сказал своему молодому приятелю: «А что, если кучка пьяных сенаторов проиграет Штаты владельцу какого-нибудь индейского казино»?

Читайте также:  Пропал кот дать объявление

Не успел я это сказать, как тут же закричал: «Дай мне карандаш и бумагу», – набросал идею, а несколько часов спустя закончил писать рассказ.

Полгода назад, просматривая «Нью-Йоркер», я наткнулся на серию фотографий бедных оклахомцев, снятую как будто в тридцатые годы, когда они подались на запад по шоссе 66. Прочтя дальше, я обнаружил, что это были вовсе не оклахомцы, а нью-йоркские модели, наряженные в старые одежды и позировавшие в Нью-Йорке не ранее чем год назад. Это открытие настолько поразило и разгневало меня – как такая трагическая страница нашей истории могла стать темой для модного показа?! – что я написал рассказ «Шестьдесят шесть».

Эта книга также исполнена привязанности к моим любимым писателям. Никогда в жизни я не испытывал ревности или зависти к таким почитаемым мною авторам, как Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Мелвилл, Эдгар По, Оскар Уайльд и другие. Мне бы только хотелось, чтобы мои книги стояли на полках библиотек рядом с их книгами.

Потому-то я настолько беспокоился о состоянии ума и творческих способностях Фицджеральда, что часто выдумывал всякие машины времени, чтобы вернуться в прошлое и спасти его от самого себя; конечно, это была невыполнимая задача, но этого требовала моя любовь.

В русских изданиях рассказ 1946 года «Chrysalis», о котором идет речь, назывался «Куколка» (пер. Н. Гончар) и «Превращение» (пер. Норы Галь). В данном сборнике рассказ «Chrysalis» называется «Куколка», чтобы избежать путаницы с другим рассказом этого же сборника «Превращение» («The Transformation»). (Прим. переводчика.)

Источник

Кошкина пижама

Аннотация: В книге собрано больше десятка старых, но не публиковавшихся ранее рассказов (очевидно, не вписывавшихся в основной поток) и несколько совсем свежих, вполне традиционных для позднего Брэдбери.

The Cat’s Pajamas / Кошкина пижама

Вступление ЖИВ, ЗДОРОВ, ПИШУ

Что можно сказать о моем сокровенном «я», о моем подсознании, о моем творческом демоне, который пишет за меня все эти рассказы?

Постараюсь найти какой-нибудь свежий способ, чтобы проникнуть в этот процесс, который вот уже семьдесят лет заставляет меня жить, двигаться и писать.

Двумя наглядными примерами того, как я работал, начиная с сороковых годов и до сегодняшнего времени, являются мои рассказы «Куколка» и «Собиратель». (Прим.: «Куколка» [1] в этом сборнике отличается от одноименного рассказа, опубликованного в 1946 году в журнала «Эмейзинг сториз» и позднее включенного в сборник «К» значит космос» («S is for Space»). Просто мне так понравилось это название, что я использовал его дважды.)

Когда-то, в сороковые мы с братом долгими летними днями проводили все свое свободное время на пляже. Он был настоящим серфингистом, а я плавал без доски и время от времени слонялся у причала Санта-Моники и перезнакомился со всеми волейбольными игроками и силачами, поднимавшими тяжести. Среди приобретенных друзей было и несколько цветных (в те времена все говорили «цветной»; термины «черный» и «афроамериканец» появились многими годами позже).

Меня заинтересовала идея о том, что цветные в самом деле способны сгореть на солнце; раньше такая мысль никогда не приходила мне в голову. Метафора налицо, я написал рассказ «Куколка», и вот теперь он впервые увидел свет. Я написал этот рассказ и отложил в стол задолго до начала движения за права человека; это продукт своей эпохи, и я надеюсь, он выдержит проверку временем.

«Будем самими собой» — это результат того, что я вырос в доме своей бабушки и отчасти был воспитан чернокожей няней по имени Сьюзен. Это была удивительная женщина, и все свое детство один раз в неделю я с нетерпением ждал ее прихода.

Когда в 1934 году моя семья переехала на запад, я потерял связь с большинством своих друзей в Уокегане, включая и Сьюзен. Она написала мне вдогонку, спрашивая, не может ли она поехать с нами и быть служанкой в нашей семье. Увы, это был разгар Великой депрессии, мой отец потерял работу, а брат поступил в Гражданский корпус охраны природных ресурсов, чтобы не быть обузой для нашей семьи. Мы были бедны, как церковные мыши, и сами едва держались на плаву. Мне пришлось написать Сьюзен, поблагодарить ее за доброту и пожелать ей счастья в будущем. Это навело меня на мысль когда-нибудь приехать в Уокеган, навестить друзей и повидаться с Сьюзен. Этого так и не произошло, но рассказ стал следствием того, как я воображал себе будущее, и того, что я оказался совсем не таким человеком, каким мне хотелось быть. Я получил известия о Сьюзен много лет спустя: она благополучно пережила весь оставшийся период Великой депрессии.

«Собиратель» — это уже совсем другой рассказ. Много лет назад, во время путешествия через Атлантику, мы с моей женой Мэгги встретили одного удивительного собирателя книг и основателя библиотек. Мы провели несколько часов в его обществе, и нас страшно заинтересовали невероятные истории, которые он рассказывал о своей жизни.

В конце нашей встречи мы оба, я и моя жена, были поражены одним неожиданным поворотом, о котором вы прочтете в рассказе.

Двадцать лет я хранил память об этом путешествии и о том джентльмене, но так и не использовал подаренную им метафору.

Но за прошедшие шесть недель со мной произошло нечто странное и удивительное.

Источник



Рэй Брэдбери и кошки

Каждый писатель мыслит по-своему. А что думали о творчестве эти люди? Рэй Брэдбери: «Главный секрет творчества в том, чтобы относиться к своим идеям, как к кошкам — просто заставить их следовать за вами» или «Нам необходимо искусство, чтобы не умереть от правды» ***Энн Ламотт: » Писателям предоставляется шанс потанцевать с абсурдом жизни, вместо того,чтобы страдать от него снова и снова. Это все равно что петь на лодке во время сильного шторма, вы не можете противостоять стихии, но пение может изменить настрой тех, кто находится на борту корабля» ***Эрнст Хемингуэй: » Нет никакого символизма. Море — это море. Старик — это старик.Мальчик — это мальчик, а рыба — рыба. Акулы все равны, нет акулы хуже или лучше» *** «Нужен талант, как у Киплинга, самодисциплина Флобера. От писателя требуется интеллект и бескорыстие и самое главное — умение выжить и довести работу до конца» ***

Другие статьи в литературном дневнике:

  • 30.11.2013. Виктор Гюго
  • 29.11.2013. Карл Краус
  • 28.11.2013. Афоризмы на каждый день
  • 27.11.2013. Просто посмотри в зеркало.
  • 22.11.2013. Дельфина Жирарден
  • 21.11.2013. Творческие игры
  • 20.11.2013. В государстве литературных героев
  • 19.11.2013. Размышления Гете
  • 18.11.2013. Артур Перес Реверто
  • 05.11.2013. Жан- Жак Руссо.
  • 04.11.2013. Мудрые мысли Ошо
  • 03.11.2013. Литературный салон мадам Рекамье
  • 02.11.2013. Рэй Брэдбери и кошки
  • 01.11.2013. Будда о счастье
Читайте также:  Два года для кота

Портал Проза.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Проза.ру – порядка 100 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более полумиллиона страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+

Источник

Рэй брэдбери с котом

На дороге сидел котёнок. Он и Она одновременно подъехали к нему с двух сторон… и не смогли решить, кто его заберёт себе, кому он сильнее нужен. Решающим аргументом стало то, что у неё есть пижама для котёнка. Но самое главное, что, найдя котёнка, они нашли друг друга.

Не каждую ночь, когда едешь вдоль Миллпасс по Девятому шоссе в Калифорнии, ожидаешь заметить посреди дороги кота.

Коли на то пошло, не каждый вечер такой кот вообще выходит на пустынное шоссе, тем более если этот кот, по всей вероятности, брошенный котенок.

Тем не менее это маленькое существо сидело на дороге, деловито умываясь, в тот момент, когда случилось два события.

Машина, на большой скорости ехавшая на восток, внезапно затормозила и остановилась.

Одновременно у кабриолета, мчавшегося с еще большей скоростью на запад, чуть не лопнули шины, когда он затормозил и встал как вкопанный.

Дверцы обеих машин одновременно шумно распахнулись.

Котенок сидел, не обращая никакого внимания на то, что с одной стороны застучали высокие каблучки, а с другой — грубые ботинки для гольфа.

Чуть не столкнувшись над умывающимся котенком, одновременно наклонились и протянули к нему руки красивый молодой человек и более чем привлекательная молодая женщина.

Обе руки одновременно прикоснулись к котенку.

Это был теплый, круглый, черный как ночь усатый комочек, из которого смотрели два огромных желтых глаза и высовывался розовый язычок.

Котенок изобразил на мордочке запоздалое удивление, когда оба путешественника с изумлением посмотрели на то место на теле котенка, которого коснулись их руки.

— О, как вы смеете! — вскричала молодая женщина.

— Смею что? — вскричал молодой мужчина.

— Отпустите моего котенка!

— С каких это пор он ваш?

— Я первая к нему подошла.

— Мы подошли одновременно, ничья.

Он потянул котенка за заднюю часть, она за переднюю, и вдруг котенок мяукнул .

Оба выпустили его из рук.

В тот же миг они снова схватили прелестное существо, на сей раз женщина взялась за заднюю часть, а молодой человек за переднюю.

Довольно долго они мерили друг друга взглядом, пытаясь решить, что сказать.

— Я люблю кошек, — наконец заявила она, не выдержав его упорного взгляда.

— Я тоже! — вскричал он.

— Никто же не слышит.

Они поглядели в одну сторону дороги, потом в другую. Ни одной машины.

Женщина с удивлением перевела взгляд на котенка, как будто ища в нем какого-то откровения.

— Мой тоже, — парировал он.

Это несколько ослабило их хватку на теле котенка.

— Когда? — спросила она.

— В понедельник, — ответил он.

— Мой — в прошлую среду, — сказала она.

Они поменяли положение рук на спине крохотного комочка и уже скорее не держали его, а лишь касались.

Повисла неловкая пауза.

— Что поделаешь, — наконец произнес он.

— Да, что поделаешь, — сказала она.

— Простите, — неловко извинился он.

— И вы тоже, — сказала она.

— Так что будем делать? Не можем же мы вечно здесь торчать.

— Похоже, — заметила она, — он обоим нам нужен.

Непонятно к чему, он вдруг сказал:

— Я как-то написал статью для журнала «Кэт Фэнси».

Она посмотрела на него более пристально.

— А я вела кошачье шоу в Кеноше, — сообщила она.

Они снова застыли в мучительном молчании.

Мимо с ревом пронесся автомобиль. Оба отскочили, а когда машина проехала, увидели, что по-прежнему держат в руках прекрасное существо, которое они уберегли от опасности.

Молодой человек посмотрел вдаль на дорогу.

— Там есть закусочная, я вижу огни. Может, выпьем по чашке кофе и обсудим наше будущее?

— Для меня нет будущего без моего котенка, — сказала она.

— Для меня тоже. Давайте. Поезжайте за мной.

Он взял котенка у нее из рук.

Она закричала и потянулась за ним.

— Все в порядке, — сказал он. — Поезжайте за мной.

Она вернулась, села в свою машину и поехала по дороге вслед за ним.

Они зашли в пустой кафетерий, сели в кабинку и посадили котенка между собой на стол.

Официантка бросила на них и котенка беглый взгляд, куда-то отошла, а затем вернулась, с полным блюдцем сливок и, широко улыбаясь, поставила на стол. Они сразу поняли, что имеют дело еще с одной любительницей кошек.

Котенок принялся лакать сливки, а тем временем официантка принесла кофе.

— Ну вот, — произнес молодой человек. — Как думаете, это надолго? Разговор на всю ночь?

Официантка все еще стояла рядом с ними.

— Боюсь, мы скоро закрываемся, — сказала она.

Неожиданно молодой человек предложил:

— Взгляните на нас.

— Если бы вы хотели отдать этого котенка одному из нас, — продолжал он, — кому бы вы отдали?

Официантка испытующе оглядела молодых людей и сказала:

— Слава Господу, я не царь Соломон.

Она выписала счет и положила на стол.

— Знаете, есть еще люди, которые читают Библию.

— Здесь есть другое место, куда мы могли бы пойти поговорить? — спросил молодой человек.

Официантка кивнула в сторону окна.

— Дальше по дороге есть гостиница. Можно с животными.

При этих словах молодые люди так и подпрыгнули на месте.

Читайте также:  Почему кот просит оливки

Через десять минут они входили в гостиницу.

Оглядевшись, они увидели, что в баре уже темно.

— Глупо, — сказала она, — что я согласилась прийти сюда ради того, чтобы доказать право на моего же котенка.

— Он еще не твой, — заметил он.

— Но скоро будет, — ответила она и бросила взгляд в сторону конторки портье.

— Не волнуйся, — он показал ей котенка. — Этот котенок будет тебя защищать. Он будет находиться между мной и тобой.

Он отнес котенка к гостиничной конторке, человек за стойкой бросил на них один-единственный взгляд, выложил на журнал постояльцев ключ и протянул авторучку.

Через пять минут они уже наблюдали, как котенок весело носится по ванной в их номере.

— Ты когда-нибудь в лифте, вместо того чтобы говорите о погоде, пробовала рассказать о своем любимом коте? — задумчиво спросил он. — К верхнему этажу попутчики галдят, как безумные.

В этот момент котенок прибежал обратно в комнату.

Он вскочил на кровати и устроился в самой середке подушки. Увидев это, молодой человек заметил:

— Именно это я и хотел предложить. Если во время разговора нам понадобится отдохнуть, пусть котенок лежит посередине, а мы будем лежать в одежде по обе стороны от него и обсуждать наши проблемы. К кому первому котенок придвинется, выбрав тем самым своего хозяина, тот его и получит. Договорились?

— Ты заготовил какой-то трюк? — спросила она.

— Нет, — ответил он. — К кому котенок пойдет, тот и станет хозяином.

Котенок на подушке почти уснул.

Молодой человек придумывал, что бы еще сказать, потому что огромная кровать так и стояла незанятая, если не считать задремавшего на ней зверька. Внезапно его осенило, и он задал вопрос молодой женщине по ту сторону кровати:

— Ну, если мы собираемся до утра спорить о моем котенке…

— До утра — чушь! До полуночи, может быть. Ты имел в виду, о моем котенке. Кэтрин.

— Глупо, но меня зовут Кэтрин.

— Уменьшительное можешь не говорить, — чуть не смеясь, сказал он.

— Не стану. А тебя?

— Ты не поверишь. Том. — Он встряхнул головой.

— Я знала дюжину котов с таким именем.

— Я на этом не зарабатываю.

Он попробовал кровать, словно это была горячая ванна, выжидая.

— Можешь стоять, если хочешь, а я, пожалуй…

Он улегся на кровать.

Котенок по-прежнему дремал.

Прикрыв глаза, молодой человек продолжал:

Она сперва села, а затем прилегла на самый краешек, рискуя свалиться.

— Так-то лучше. Ну, на чем мы остановились?

— Мы спорили, кто из нас заслуживает увезти домой Электру.

— Ты уже дала котенку имя?

— Имя неопределенное, основанное на личных качествах, а не на принадлежности к полу.

— Так ты даже не посмотрела?

— И не стану. Электра. Продолжай.

— Что я могу сказать, в свою пользу? Ну что ж…

Его глаза из-под прикрытых век внимательно осматривали комнату.

С минуту он задумчиво глядел в потолок, а затем сказал:

— Знаешь, с котами все так странно получается. Когда я был маленьким, бабушка с дедушкой велели мне и моим братьям утопить приплод котят. Мы все пошли, и братья сделали это, а я не выдержал и убежал.

Воцарилось долгое молчание.

Она посмотрела на потолок и сказала:

Снова повисла пауза, потом он сказал:

— А несколько лет назад произошло нечто еще более примечательное и не такое печальное. В Санта-Монике я зашел в зоомагазин к поисках котенка. Там было, наверное, штук двадцать или тридцать котят всех мастей. У меня глаза разбежались, а продавщица указала на одного из них и сказала: «А вот этому действительно нужна помощь».

Я посмотрел на кота: он выглядел так, будто его постирали в стиральной машине и отжали в центрифуге. Я спросил: «Что с ним случилось?» А она сказала: «Этот котенок принадлежал человеку, который его бил, поэтому он всех боится».

Я заглянул котенку в глаза и сказал: «Его-то я и возьму».

Я поднял кота — он страшно испугался — и отнес его к себе домой. Дома выпустил, и он сразу бросился вниз по лестнице, спрятался в подвал и ни за что не хотел выходить.

Больше месяца я носил в подвал еду и молоко, пока наконец постепенно не выманил его оттуда. После этого мы стали друзья не разлей вода.

Совсем разные истории, правда?

— Да уж, — сказала она.

В комнате уже было совсем темно и очень тихо. Маленький котенок лежал между ними на подушке, и оба приподнялись, чтобы взглянуть, как он там.

Он спал глубоким сном.

Они лежали, глядя в потолок.

— Мне надо рассказать тебе кое-что, — помолчав, сказала она, — о чем я все не решалась сказать, потому что это звучит как особое обстоятельство в мою пользу.

— Особое обстоятельство? — переспросил он.

— Так вот, — продолжала она, — сейчас у меня дома лежит вещь, которую я скроила и сшила специально для моего котеночка, который умер неделю назад.

— И что это за вещь? — поинтересовался он.

— Это… — сказала она, — пижама для кошки.

— О боже! — воскликнул он. — Ты победила. Этот зверек твой.

— Нет, что ты! — закричала она. — Это нечестно.

— Человек, который сшил пижаму для кота, достоин победы в этом состязании, — заявил он. — Этот человек — ты.

— Я не могу так поступить, — возразила она.

— Я настаиваю, — ответил он.

Долгое время они лежали молча. Наконец она произнесла:

— Знаешь, а ты не такой плохой.

— Не такой плохой, как что?

— Как я подумала про тебя вначале.

— Что такое я слышу? — спросил он.

— Наверное, я плачу, — ответила она.

— Давай-ка поспим немного, — предложил он наконец.

Луна осветила потолок.

Он лежал на своей стороне кровати и улыбался.

Она лежала на своей стороне кровати и улыбалась.

Маленький котенок лежал на подушке между ними.

Наконец, глядя на залитое солнцем окно, она спросила:

— За ночь котенок придвинулся к тебе или ко мне, он указал, кому хочет принадлежать?

— Нет, — ответил с улыбкой Том. — Котенок не придвинулся. А ты — да!

Источник